Как Бог заставил меня пойти на парламентские выборы

В воскресенье были выборы, а в предыдущую субботу шел спектакль по моей пьесе. Я волновалась, ни о чем другом думать не могла. Зашла в театре в туалет и забыла там сумочку с паспортом. Спектакль, потом обсуждение, там еще спонсор объявился. Когда я опомнилась, сумочки уже и след простыл. Денег в ней не было, а вот паспорт и книжка записная с телефонами были. Особенно, конечно, меня волновала потеря паспорта. Так неудобно будет его восстанавливать: справку из милиции в том районе, где спектакль шел, потом ехать в милицию в Подмосковье к родителям, где я прописана, там еще в ЗАГСе очередь стоять, да и ждать. А куда мою дочку двухлетнюю девать? Не с ней же по милициям таскаться. «Ах, - подумала я, - не буду думать об этом сегодня. Еще пару недель не буду думать».

И вот лежу я себе на диване во вторник. Машка спит, мое законное время почитать и подумать. И не могу расслабиться: что-то свербит внутри, беспокойство одолевает. Стала я рыться в глубинах подсознания: что это может быть такое. Поняла: паспорт. Теперь еще это зуд душевный мне покоя не даст. Куда торопиться-то. Понадобится паспорт и сделаю. Но беспокойство не проходило. Пришлось опять нырять в подсознание. И вдруг меня осенило: выборы ведь в воскресенье, я же хотела вроде пойти проголосовать.

Я обычно ходила на избирательный участок. По крайней мере уж на парламентские и президентские – всегда. Если только не мешали обстоятельства. Ведь мне чтобы голосовать надо в Подмосковье ехать. Я и в это раз собиралась, но подумала, что, видимо, не получится. Паспорта-то нет у меня.

«Как это не получиться?» - спросил меня настойчивый голос, но уже не из подсознания, а очень четко и ясно, из самого ближайшего сознания. «Еще только вторник, время есть». «Это разве называется «время есть», - ответила я. – Ты знаешь, сколько вся эта тягомотина будет длиться? Да и вряд ли мой голос что-нибудь решит. Они все равно не пройдут, те, за кого я голосовать собиралась. Не пустят их. А душой я за них, конечно».

«А ты не за них, а за себя отвечаешь. Пойди, сделай паспорт и проголосуй».

Пришлось мне встать с дивана, позвонить родителям, договориться, чтобы они взяли Машу. Сначала я поехала в Подмосковье, потом снова в Москву. Звоню приятелю, режиссеру того самого спектакля, он в том районе знает, где милиция находится, и говорю: отвези меня, пожалуйста, в милицию, мне нужно справку о потере паспорта взять.

Он меня повез. Хорошо, что я не одна была, это место не для дам. В тот день облава была на тех, кто без регистрации. Полный обезьянник народу, а все новые пребывают. До меня дела никому нет: жди. Дали мне эту справку в конце концов, но я на нее целый день потратила.

Приехала в Подмосковье. Прихожу к милиционеру там. Не с первого раза застала, они там не часто бывают. Но когда наконец он был на месте, то даже не поднял глаза на меня, когда я вошла. Так и продолжал что-то писать, пока я с ним разговаривала. Я ему сообщаю: «Мне паспорт срочно». Он мне: «Ждите пару недель». Я ему: «Не могу, мне сейчас нужно». Он мне: «Зачем так срочно?» А я ему: «Проголосовать хочу». Тут он от писанины своей оторвался и на меня долгим взглядом посмотрел.

«М-да, ладно».

Дал он мне какую-то справку, сказал, что ее должны в избирательном участке принять. Про то, как паспорт получать, и не упомянул даже, словно знал наперед, как дело обернется.

Пришла я домой из милиции, не успела даже куртку и сапоги снять, у меня звонок по телефону. Нашлась моя сумка с паспортом и записной книжкой. Надо же такому случиться! И зачем же я два дня на эту беготню потратила?

Я довольно скоро поняла, зачем. Я должна была доказать, что мое избирательное право для меня кое-что значит, и доказать не словами, а конкретными делами. С тех пор, если я могу что-то сделать для того, чтобы изменить ситуацию к лучшему – я делаю. Часто сквозь стиснутые зубы и без особой охоты, иногда преодолевая препятствия и непонимание людей вокруг и главное, без всякой надежды, что мне кто-нибудь когда-нибудь за это «спасибо» скажет. Я и сама частенько спрашиваю себя: зачем все это? Но ответ-то известен. В какой-то момент, может после той бессонной ночи, когда я простила всех правителей России от княгини Ольги до Путина за все их ошибки, особенно всех тиранов и самодуров, я стала ощущать себя частью мистического тела. Не только церкви, об этом я давно знала. Но и своего города, свой страны в ее границах, даже всего мира. Все мы сильно связаны и разделяем судьбу друг друга, хотя нам часто кажется, что мы можем быть сами по себе. К сожалению или к счастью, это невозможно.

Что будет на следующих парламентских выборах, я не знаю. В это время мы все еще будем в Америке. Если в Чикаго нет русского консульства, то нам придется ехать в Нью-Йорк, а на это уйдет куча времени и денег. Но я знаю, что если откажусь от свого голоса, то буду чувствовать себя плохо. Так что, видимо, придется поехать.

Как Бог заставил меня пойти на парламентские выборыПублицистика

Как Бог заставил меня пойти на парламентские выборы

Как Бог заставил меня пойти на парламентские выборы
Публицистика